Ключевые выводы
Гол в ворота «Баварии» Коул Кэмпбелл отпраздновал заранее: побежал к трибунам, развернулся и не нашёл рядом ни одного партнёра. Мяч отменили из-за офсайда, и это единственное, что помешало 20-летнему нападающему «Эльферсберга» добавить к голу «Байеру» ещё один. Новичок Бундеслиги с первых туров стал одной из главных тем чемпионата, а сам Кэмпбелл — игроком, которого в Дортмунде так и не дождались.
Я побежал праздновать, а когда повернулся, растерялся: рядом не было никого из партнёров. Ощущение всё равно было потрясающим, хотя гол и не засчитали.
Что изменилось после аренды в «Хоффенхайм»
В дортмундской «Боруссии» он дебютировал в Бундеслиге в 18 лет, и тогда казалось, что путь наверх будет коротким. Аренда в «Хоффенхайм» этот расчёт сломала: игровых минут почти не было, а первый выход в стартовом составе пришлось ждать без малого два года. Для нападающего это вечность: форма уходит, конкуренты уезжают вперёд.
Сам форвард этот отрезок ошибкой не считает. О двух годах в запасе он говорит спокойно: без них, по его словам, характер остался бы прежним, а сам он не стал бы крепче. Разговоры про потраченное время его не задевают: «Хоффенхайм» он вспоминает как время ожидания, а не как тупик, и признаётся, что теперь иначе смотрит на тренировки.
Мать, Исландия и выбор США
Дома футбол был всегда: мать Кэмпбелла, Ракель Карвельссон, играла за сборную Исландии и до сих пор выходит с сыном на тренировки. Она и сейчас подсказывает ему по игре, а иногда они соревнуются в два касания, и в этих дуэлях побеждает уже сын. За Исландию, за которую играла мать, он не выступает: выбор сделан в пользу США, и сам футболист называет его окончательным.
В «Эльферсберге» ему нравится то, чего большие клубы дать не могут: тесная раздевалка, городок с кофейнями и ощущение, знакомое по Исландии, где прошла часть его детства. На вопрос о друзьях в команде он перечисляет почти весь состав и признаётся, что назвать одного не получится.
Давление ценника и разговор о вере
Около шести миллионов евро «Эльферсберг» отдал за него «Боруссии» — прежде клуб таких денег за игрока не платил. Ценник Кэмпбелл признаёт, но напоминает, что требовать с себя начал задолго до того, как в сделке появились деньги. Доверие клуба он называет второй стороной той же суммы: за него заплатили, значит, в него верят. Переезд он объясняет просто: нужны были минуты, а не место в глубоком запасе большого клуба.
О вере он говорит охотнее, чем о тактике, и эта тема занимает в разговоре больше всего места. Именно она, по его словам, держала его в те месяцы, когда игровых минут не было, и она же объясняет спокойствие, с которым он рассуждает о своей карьере. Футбол он сравнивает с жизнью, где спады неизбежны, и добавляет, что голы и титулы без Бога для него ничего не значат. Сравнения с более именитыми соотечественниками он отбивает одной фразой из Библии.
Сравнение — вор радости. Это из Библии.
Он называет это решение окончательным, хотя его мать играла за исландскую сборную. Разговоры о другом варианте он не поддерживает, а за взрослую команду США уже дебютировал.
Переход из «Боруссии» обошёлся клубу примерно в шесть миллионов евро — прежде таких сумм он не платил.
Ждать пришлось долго, но жалоб от него никто не слышал. Он говорит, что эти месяцы научили его терпению и сделали психологически крепче, и без такого опыта он вряд ли оказался бы сейчас в основе «Эльферсберга».
Он отмечает, что прибавил в оборонительной работе, а регулярные минуты позволили ему показать себя и в атаке.
